К началу истории
На предыдущую страницу
Дан принял решение задержаться в архиве, чтобы попытаться найти какие-то детали, которые он мог не заметить раньше. Он уже давно отверг мысль, что за этим стоит серийный маньяк, слишком долго происходили эти исчезновения. Работа над версией, что люди пропадали по вине неизвестной группы, вроде секты или тайного общества тоже ни к чему не привела, хотя именно она казалась наиболее разумной. Если это общество и существовало, то никакой взаимосвязи между жертвами не прослеживалось, только одно - они выбирали себе людей, находившихся на одном "маршруте". Только вот маршруте чего? Ни трамваи, ни автобусы, ни канализация, ни воздушное сообщение не проходили по этому пути.
Размышляя, Дан взглянул в окно, которое было наполовину закрыто большим библиотечным шкафом - сквозь решётки уже пробивался серый октябрьский свет. На стене рядом висела старая картина, репродукция, оставленная кем-то из прежних служащих архива. На ней была изображена вечерняя улица, усыпанная яркими фонарями и людьми, которые беззаботно наслаждались летней погодой. Было похоже, что тот, кто повесил эту картину хотел напоминать себе, что кроме чтения дел преступлений где-то рядом есть спокойная и безмятежная жизнь. Дан попытался вспомнить, когда он последний раз выходил на улицу только для того, чтобы развеяться и привести в порядок мысли, но образ этой прогулки был недостижимо далёк от него.
Неожиданная мысль сверкнула в сознании детектива - он совсем позабыл о втором существенном моменте в его гипотезе. И если первый относился к маршруту, то вторым критерием являлось время. Дан разложил перед собой дела и внимательно переводил взгляд с одной папки на другую, пока не обратил внимание на малозаметную хронологию событий. Он взял со стола ручку и записал в своём блокноте - 1, 1, 2, 5, 3, 2. Именно такие годовые интервалы были между событиями. Дан подумал, что эти цифры напоминают последовательность, изученную им ещё в студенческие годы. Следующее число являлось суммой двух предыдущих. А потом цифровой ряд спускался обратно к единицам. Не хватало только одной тройки и Дан энергично подскочив к архивной полке, вытащил ворох дел тех годов. Через несколько минут он нашёл что искал, заявление от гражданина Питерсона об исчезновении его близкого друга. Надо отметить, что делу даже не пытались дать ход, потому что Питерсон не имел постоянной прописки и вёл бродяжнический образ жизни.
Последовательность повторялась несколько раз и Дан достал с полок ещё пару дел, на которые раньше не обращал внимания. Складывая годы между собой, он решил попытаться так же объединить месяцы, но у него ничего не вышло. Тогда он взял за основу времена годы и обнаружил, что исчезновения происходили только осенью и зимой, где в дождливый сезон люди исчезали чаще. Дану хотелось объединить и дни, но у него было недостаточно информации, когда конкретно пропадали люди, точные даты в ряде дел оказались утерянными. Взволнованный своим открытием, он посчитал когда могло пройти следующее исчезновение. Всё оказалось так, как Дан подумал про себя - новое похищение должно было состояться этой осенью, если оно уже не случилось прежде.
За дверью послышались громкие голоса, похоже, что Дан слишком засиделся в архиве и на работу прибыл начальник участка. Он пришёл не один и это не предвещало ничего хорошего для Дана, которого с громким скандалом уволили несколькими месяцами ранее. Подобрав свою сумку, Дан засунул туда несколько дел, лежавшие у него на столе, а остальные положил на стул, плотно придвинув его к столу. После чего детектив протиснулся за шкаф, который стоял вплотную к окну. Из помещения его можно было заметить, только вплотную подойдя к шкафу, но с улицы открывался вид на взрослого мужчину, который примкнул к окну в неестественной позе. К счастью, помещение архива располагалось на втором этаже и в воскресный день на него вряд ли кто решился бы взглянуть.
Гастин, так звали комиссара участка, вошёл внутрь, громко отчитывая Филиппа за то, что он до сих пор не привёл старые дела в порядок, Он явно старался выслужиться перед своим начальством, которое грянуло с неожиданной проверкой. Филипп невозмутимо отвечал, что для выполнения этой работы ему требуется помощник или, если будет угодно, он может оставить работу над текущими делами и сосредоточиться на указанном поручении. От этого Гастин только повысил голос, но тихий ответ старого полисмена убавил его пыл. Они пробыли внутри менее минуты и покинули помещение. Дан вздохнул с облегчением. Теперь оставалось только дождаться, пока инспекция уйдёт дальше и незаметно покинуть участок. Дан взглянул на экран своего телефона - у него ещё оставалась возможность успеть к психотерапевту хотя бы на последние полчаса. Когда шаги за дверью стихли, он проскользнул к выходу и поспешил на приём к врачу. Такси, стоявшее недалеко от участка, пришлось как нельзя кстати.
Далее, см. страницу 29
На предыдущую страницу
Дан принял решение задержаться в архиве, чтобы попытаться найти какие-то детали, которые он мог не заметить раньше. Он уже давно отверг мысль, что за этим стоит серийный маньяк, слишком долго происходили эти исчезновения. Работа над версией, что люди пропадали по вине неизвестной группы, вроде секты или тайного общества тоже ни к чему не привела, хотя именно она казалась наиболее разумной. Если это общество и существовало, то никакой взаимосвязи между жертвами не прослеживалось, только одно - они выбирали себе людей, находившихся на одном "маршруте". Только вот маршруте чего? Ни трамваи, ни автобусы, ни канализация, ни воздушное сообщение не проходили по этому пути.
Размышляя, Дан взглянул в окно, которое было наполовину закрыто большим библиотечным шкафом - сквозь решётки уже пробивался серый октябрьский свет. На стене рядом висела старая картина, репродукция, оставленная кем-то из прежних служащих архива. На ней была изображена вечерняя улица, усыпанная яркими фонарями и людьми, которые беззаботно наслаждались летней погодой. Было похоже, что тот, кто повесил эту картину хотел напоминать себе, что кроме чтения дел преступлений где-то рядом есть спокойная и безмятежная жизнь. Дан попытался вспомнить, когда он последний раз выходил на улицу только для того, чтобы развеяться и привести в порядок мысли, но образ этой прогулки был недостижимо далёк от него.
Неожиданная мысль сверкнула в сознании детектива - он совсем позабыл о втором существенном моменте в его гипотезе. И если первый относился к маршруту, то вторым критерием являлось время. Дан разложил перед собой дела и внимательно переводил взгляд с одной папки на другую, пока не обратил внимание на малозаметную хронологию событий. Он взял со стола ручку и записал в своём блокноте - 1, 1, 2, 5, 3, 2. Именно такие годовые интервалы были между событиями. Дан подумал, что эти цифры напоминают последовательность, изученную им ещё в студенческие годы. Следующее число являлось суммой двух предыдущих. А потом цифровой ряд спускался обратно к единицам. Не хватало только одной тройки и Дан энергично подскочив к архивной полке, вытащил ворох дел тех годов. Через несколько минут он нашёл что искал, заявление от гражданина Питерсона об исчезновении его близкого друга. Надо отметить, что делу даже не пытались дать ход, потому что Питерсон не имел постоянной прописки и вёл бродяжнический образ жизни.
Последовательность повторялась несколько раз и Дан достал с полок ещё пару дел, на которые раньше не обращал внимания. Складывая годы между собой, он решил попытаться так же объединить месяцы, но у него ничего не вышло. Тогда он взял за основу времена годы и обнаружил, что исчезновения происходили только осенью и зимой, где в дождливый сезон люди исчезали чаще. Дану хотелось объединить и дни, но у него было недостаточно информации, когда конкретно пропадали люди, точные даты в ряде дел оказались утерянными. Взволнованный своим открытием, он посчитал когда могло пройти следующее исчезновение. Всё оказалось так, как Дан подумал про себя - новое похищение должно было состояться этой осенью, если оно уже не случилось прежде.
За дверью послышались громкие голоса, похоже, что Дан слишком засиделся в архиве и на работу прибыл начальник участка. Он пришёл не один и это не предвещало ничего хорошего для Дана, которого с громким скандалом уволили несколькими месяцами ранее. Подобрав свою сумку, Дан засунул туда несколько дел, лежавшие у него на столе, а остальные положил на стул, плотно придвинув его к столу. После чего детектив протиснулся за шкаф, который стоял вплотную к окну. Из помещения его можно было заметить, только вплотную подойдя к шкафу, но с улицы открывался вид на взрослого мужчину, который примкнул к окну в неестественной позе. К счастью, помещение архива располагалось на втором этаже и в воскресный день на него вряд ли кто решился бы взглянуть.
Гастин, так звали комиссара участка, вошёл внутрь, громко отчитывая Филиппа за то, что он до сих пор не привёл старые дела в порядок, Он явно старался выслужиться перед своим начальством, которое грянуло с неожиданной проверкой. Филипп невозмутимо отвечал, что для выполнения этой работы ему требуется помощник или, если будет угодно, он может оставить работу над текущими делами и сосредоточиться на указанном поручении. От этого Гастин только повысил голос, но тихий ответ старого полисмена убавил его пыл. Они пробыли внутри менее минуты и покинули помещение. Дан вздохнул с облегчением. Теперь оставалось только дождаться, пока инспекция уйдёт дальше и незаметно покинуть участок. Дан взглянул на экран своего телефона - у него ещё оставалась возможность успеть к психотерапевту хотя бы на последние полчаса. Когда шаги за дверью стихли, он проскользнул к выходу и поспешил на приём к врачу. Такси, стоявшее недалеко от участка, пришлось как нельзя кстати.
Далее, см. страницу 29
Комментариев нет:
Отправить комментарий